Это перевод интервью с Брюсом Фордайсом — многократным победителем Comrades, — которое мы записали, когда он приезжал в Москву.
— Брюс, добро пожаловать в Москву! Начнем с Comrades — гонки, которую вы выигрывали много раз подряд. Это самый старый и самый массовый ультрамарафон в мире?
— Да, Comrades — уникальная гонка, самая крупная в ЮАР и самый крупный забег на ультрадистанцию в мире. 20–22 тысячи человек бегут 90 километров по трассе с очень крутыми холмами. Проходит каждый год в июне. Многие русские бегуны показывали здесь отличный результат и побеждали — и мужчины, и женщины. Это действительно международная гонка.
А еще это гонка с большим количеством очень странных традиций. Проходит она между двумя самыми известными городами провинции Квазулу-Натал — Дурбаном на Индийском океане и Питермарицбургом. Направление меняется каждый год: один год вниз из Питермарицбурга в Дурбан, на следующий — наоборот.
— Как эта гонка стала самым популярным ультрамарафоном? Нестандартная дистанция, два города в провинции, шоссе, сложная холмистая трасса — и туда приезжают люди со всего мира.
— Это сложно объяснить! В 1920-х этот забег был маленьким. И можно провести много параллелей с историей ЮАР. В начале в гонке могли участвовать только белые мужчины — никаких черных бегунов, никаких женщин. Вместе с развитием южноафриканской истории, со снятием апартеида, плавно стали происходить изменения. И я думаю, что сам Comrades способствовал этому процессу. С 1975 года в забеге смогли участвовать женщины и черные мужчины.
Думаю, он похож на то, что так любят южноафриканцы. Мы любим регби, любим сложные, тяжелые испытания. И Comrades как раз такой. Дистанция даже отличается от года к году — в зависимости от дорожных работ и других препятствий между двумя городами. Основные промежуточные точки остаются неизменными.
Гонка способствовала становлению сильных известных людей, которые потом помогали ей расти. Пришли крупные спонсоры. И — это важно — прямая трансляция всего забега по телевидению.
Думаю, многие в России будут удивлены: забег длится 12 часов, и ровно через 12 часов после стартового выстрела финиш закрывается. Неважно, остался тебе один шаг до финишной черты или много — «спасибо, что попробовали, до встречи в следующем году». Это жестоко... но это одна из традиций.
Что впечатляет — все эти 12 часов транслируются по телевидению в прямом эфире. Лидеры бегут пять с половиной — шесть часов, а остальное время люди в основном идут, иногда помогая друг другу добраться до финиша. И все же люди смотрят гонку весь день! Есть в этом что-то волшебное.
Когда Южная Африка снова стала свободной, Манделу выпустили, мы снова стали частью мира — и мир обратил внимание на Comrades. Все больше бегунов приезжают со всего мира, чтобы поучаствовать в Comrades и посмотреть ЮАР.
— Можно ли сказать, что если хочешь пробежать только один ультра, то это должен быть Comrades?
— Без всяких сомнений. Есть много известных ультрамарафонов, но Comrades — король. Это очень особенная медаль. Когда ты пробегаешь Comrades, ты становишься другим человеком. Он меняет тебя. Ты понимаешь, что можешь достичь чего угодно, если решишь сделать это.
Тренировки и генетика
— Я читал о ваших тренировочных объемах в Lore of Running Тима Ноукса. У вас были не такие большие объемы — 400–500 километров в месяц, иногда 700–800 км за месяц-два до старта. Некоторые советские марафонцы пробегали до полутора тысяч километров в месяц.
— Да, знаю. Я предпочитал держать невысокие тренировочные объемы, но делать упор на качество. Для ультрамарафонца я был довольно быстр на дистанциях 5000 и 10 000 метров. Я делал упор на скорость и качество. Кстати, Тим Ноукс и сам пробежал Comrades семь раз.
— Вы как-то сказали: «Бегун на длинные дистанции в первую очередь должен выбрать родителей». Генетика — фактор успеха номер один?
— Думаю, что да. К сожалению, это так. Возьмем регби: если ты не крупный парень, который весит 115 кг, у тебя не получится добиться результатов. Я любил регби, играл в него в школе, но я маленький. И когда закончил школу, понял, что с регби закончено. Так же и с бегом на длинные дистанции. Многие победители Comrades похожи — мы выглядим так, как будто у нас общие родители. Это волшебный ингредиент, увы.
Но тебе все равно нужно тренироваться очень серьезно — ведь ты соревнуешься с другими людьми с такой же генетикой. Однако если у тебя нет нужных физических параметров, не важно, насколько ты смел и как хорошо тренируешься. Ты не выиграешь Comrades.
— Когда вы начали бегать?
— Я бегал в школе: раз в год у нас был школьный кросс, в последние два года я его выигрывал. Но это не показатель бегуна мирового уровня. Потом я на пару лет прекратил бегать — был студентом. А что делают студенты? Тусуются, бегают за девочками, много пьют... и пытаются закончить обучение.
Спустя два года я понял, что в очень плохой форме. И начал бегать с нуля — с мыслью об участии в Comrades. Телевидение в ЮАР появилось только в 1976 году, и гонку тогда показали часовым фильмом. Это меня вдохновило. Потом друг пробежал Comrades — это тоже вдохновило. Моей первой пробежкой было 10 минут вокруг спортивного поля в университете. И все.
Я начал в июне 1976 года, а первый Comrades пробежал в мае 1977-го — за 6:45.
Питание
— Существует много добавок, волшебных таблеток, порошков. Однако World Athletics рекомендует подход «food first» — в первую очередь еда, и только потом добавки при необходимости. В чем была ваша философия?
— Попросту говоря, я ел то, что мне давала моя мама. Это главное правило. Я постоянно хотел есть и ел много. Добавки — да, но немного. Для меня неплохо работали таблетки с железом: мне кажется, бегуны склонны к анемии. Немного витамина C, чтобы бороться с инфекциями. Не более того. Я просто ел простую нормальную еду.
Южная Африка и паркран
— Я трижды был в ЮАР — на чемпионате мира Ironman 70.3 и дважды на Comrades — и влюбился в вашу страну.
— Да, у нас есть проблемы — коррупция, криминал. Но если вы спросите меня, хотел бы я жить где-то еще, я отвечу «нет». Погода прекрасна, страна прекрасна, люди дружелюбные. Наша нация очень любит спорт — практически на каждой улице и набережной видно людей, которые занимаются спортом. Только не спрашивайте нас про зимние виды.
Это прекрасная страна для бегунов. На пробежке можно встретить известного бегуна, который забегает на холм где-нибудь в Йоханнесбурге. Погода хорошая, тренировочные лагеря хорошие, медицина на хорошем уровне. И значимая часть страны находится на высоте — если нужен высокогорный лагерь, просто приезжайте в Йоханнесбург и живите там.
— Вы руководите паркраном в ЮАР.
— Да, я очень рад этому. Когда моя беговая карьера на высоком уровне подошла к концу, я был немного потерян. Мне было важно не оказаться бывшим спортсменом, который сидит в баре и говорит: «Угости еще одним бокалом пива, я расскажу, насколько я был хорош». Таких немало.
Паркран пришелся вовремя и позволил мне вернуться к своему сообществу. Не могу поверить, что это моя работа. Меня поддерживает моя жена Джилл.
Паркран — это 5 км, бесплатно, утро субботы, не забудьте свой штрих-код. Ты можешь бежать, можешь идти, можешь быть в очень плохой форме — тебя все равно ждут. Или ты в отличной форме и бегаешь быстро — добро пожаловать в любом случае.
Мы начали с одного забега в парке «Дельта» в Йоханнесбурге — пришло 26 человек. Со временем это выросло в сотни забегов и сообщество в миллион с лишним человек, а паркраны появились и в других африканских странах.
Все началось, когда я приехал на Лондонский марафон. Мой друг Пол Синтон-Хьюитт, основатель паркрана, позвал меня на забег в Буши-парке. Я не хотел идти — ведь назавтра марафон! Но все-таки пошел, и мы с Джилл прочувствовали волшебство. Я бежал быстро и беспокоился за жену, ведь она бежит не так быстро. А после нее финишировали еще две сотни людей — с колясками, детьми, собаками! Мы сказали Полу: «Мы должны начать такое движение в Южной Африке». И он ответил: «Вот почему я тебя и звал».
— Я был на паркране Durban North Beach накануне Comrades — больше двух тысяч человек!
— Это самый большой паркран в мире, рекорд — 2500 человек. Мы с Джилл уже зависим от паркранов, как от наркотика: бегали их в Австралии, Польше, Франции, Шотландии, Уэльсе и сотни — в Южной Африке. Одна из главных причин приехать в Россию — пробежать паркран и здесь.
