Недавно журнал Trail Runner вышел с эффектным заголовком: «Ультрабег повреждает эритроциты — и это хорошо». Звучит почти как новая форма полезного стресса: пробеги 170 километров, разрушь часть собственных эритроцитов — и получишь более молодую и эффективную кровь.
Научная история здесь действительно интересная. Но слово «хорошо» пока следует оставить журналистам.
В марте 2026 года Travis Nemkov и соавторы опубликовали работу Long-Distance Trail Running Induces Inflammatory-Associated Protein, Lipid, and Purine Oxidation in Red Blood Cells. Исследователи изучили кровь 23 трейлраннеров: 11 человек пробежали 40 км с набором около 2300 м, еще 12 — Ultra-Trail du Mont-Blanc, 171 км примерно с 10 000 м набора высоты. Кровь брали до и сразу после гонки.
Помимо обычного анализа крови авторы использовали комплексный молекулярный анализ: оценивали белки, липиды и продукты обмена веществ внутри эритроцитов. Это позволило посмотреть не просто на количество клеток или гемоглобин, а на то, что происходило внутри самого эритроцита после экстремальной нагрузки. Именно здесь находится самое интересное.
Гемолиз у бегунов
Мы давно знаем, что бег может повреждать эритроциты. Классическое объяснение — так называемый гемолиз от ударов стопы: механическое повреждение клеток крови при многократных ударах стопы о поверхность во время бега. Эритроцит постоянно деформируется при прохождении через сосуды стопы, работающие мышцы и селезёнку, а часть старых и более хрупких клеток в этих условиях разрушается.
Но сегодня понятно, что эта модель слишком проста. Современный обзор 2024 года объединил девять исследований и 267 марафонцев и ультрамарафонцев. После забегов уровень гаптоглобина — белка, который связывает свободный гемоглобин после разрушения эритроцитов, — в среднем снижался примерно на 21%, а количество ретикулоцитов, то есть молодых эритроцитов, увеличивалось примерно на 16%. При этом гемоглобин, гематокрит и количество эритроцитов обычно оставались в клинически приемлемом диапазоне.
Иными словами, небольшой и временный гемолиз у бегунов существует, но это совсем не то же самое, что острая гемолитическая анемия.
Не только удар стопы
Работа Nemkov показывает, что при ультрамарафоне проблема гораздо шире механического удара стопы. После 171 км резко менялся воспалительный и метаболический фон. Повышался интерлейкин-6 — один из ключевых сигнальных белков воспаления и мышечной работы. Активировался обмен аминокислоты триптофана с накоплением кинуренина — вещества, концентрация которого повышается при воспалении и которое может быть связано с устойчивостью эритроцитов к повреждению.
Одновременно появлялись признаки окислительного стресса — повреждения клеточных структур активными формами кислорода. Окислялись белки и липиды мембраны эритроцита, а система его восстановления начинала работать интенсивнее. В частности, активировался так называемый цикл Лэндса — один из механизмов, с помощью которого клетка удаляет повреждённые жирные кислоты из мембранных фосфолипидов и заменяет их новыми.
То есть мембрана эритроцита не просто пассивно повреждалась — клетка одновременно пыталась ею ремонтировать.
Однако возможности такого ремонта не безграничны. После ультрадистанции эритроциты становились менее деформируемыми. Для эритроцита это принципиально важно: его диаметр больше диаметра некоторых капилляров, поэтому для прохождения через микроциркуляторное русло он должен легко менять форму, буквально складываясь при движении по самым узким сосудам. Чем старше и жёстче клетка, тем хуже она это делает.
После 171 км также увеличивалось количество небольших мембранных пузырьков, которые эритроциты отделяют от своей поверхности. Такие структуры называют внеклеточными везикулами. Их образование считается одним из признаков изменения и старения клеточной мембраны.
Молекулярный профиль эритроцитов после ультрамарафона начинал отчасти напоминать изменения, которые наблюдаются при длительном хранении донорской крови: клетка постепенно теряет энергетические ресурсы, накапливает повреждённые белки и липиды, становится менее гибкой и в конечном счёте быстрее удаляется из кровотока. Авторы интерпретируют эти данные как признаки ускоренного старения части эритроцитов и их последующего удаления из кровообращения.
Разрушение или старение?
Здесь важно различать два процесса. Эритроцит может буквально разрушиться внутри кровеносного сосуда — это называется внутрисосудистым гемолизом.
Но возможен и другой сценарий: клетка постепенно стареет, становится менее эластичной, меняет состав мембраны и после этого распознается и удаляется клетками иммунной системы преимущественно в селезёнке и печени. Такой процесс называют внесосудистым удалением эритроцитов. И, судя по новой работе, при ультрамарафоне этот второй механизм может играть очень существенную роль.
Быстрее обновление — моложе кровь?
Ещё в 1991 году Lindsay Weight и коллеги получили удивительные результаты. Средняя продолжительность жизни эритроцитов у бегунов на длинные дистанции составляла около 67 дней у мужчин и 72 дней у женщин, тогда как у малоподвижных участников — примерно 113–114 дней. То есть обновление эритроцитов у бегунов происходило значительно быстрее.
Отсюда и появилась привлекательная идея: старые клетки быстрее удаляются, костный мозг выпускает больше молодых эритроцитов, а молодая клетка обычно более гибкая и функционально полноценная. Так родилась гипотеза о своеобразном «омоложении» популяции эритроцитов у спортсменов на выносливость.
И вот здесь необходимо поставить большой вопрос.
Ультрамарафон действительно «омолаживает кровь»?
Мы этого пока не знаем.
Работа 2026 года не показала, что после UTMB у спортсменов через неделю или месяц сформировался более эффективный пул эритроцитов. Авторы не продемонстрировали вслед за удалением повреждённых клеток увеличение максимального потребления кислорода, улучшение спортивного результата, повышение способности крови переносить кислород или какие-либо преимущества для здоровья.
Для этого потребовалось бы наблюдать спортсменов в динамике: оценивать соотношение молодых и старых эритроцитов, ретикулоциты, массу гемоглобина, эритропоэтин, показатели обмена железа и свойства крови через несколько дней и недель после старта, а затем связывать эти изменения с физической работоспособностью.
Кроме того, выборка Nemkov очень маленькая — всего 23 человека. И есть ещё одна важная деталь. Показатели вязкости крови и свойства эритроцитов этих же 11 участников дистанции 40 км и 12 участников UTMB уже публиковались Robert и коллегами в 2020 году. То есть работа 2026 года ценна прежде всего тем, что исследователи провели гораздо более глубокий молекулярный анализ уже существующих образцов крови, а не тем, что подтвердили эффект на большой новой группе ультрамарафонцев.
Поэтому корректная формулировка сегодня выглядит так:
ультра-длительная нагрузка способна ускорять молекулярное старение и удаление части эритроцитов; последующее компенсаторное образование молодых клеток физиологически вполне вероятно, но считать этот процесс доказанно полезным «омоложением крови» пока нельзя.
Есть и ещё одна причина, которую нужно учитывать при разрушении эритроцитов.
За новые эритроциты нужно платить железом
Чтобы костный мозг создал новый эритроцит и заполнил его гемоглобином, необходимо железо. А именно с железом у спортсменов на выносливость нередко возникают проблемы.
В 2026 году в журнале Blood Advances появилась ещё одна очень интересная работа. Tobiasch и коллеги исследовали семь элитных спортсменов после горного трейла длиной 86,9 км с набором около 6500 м. После примерно 12 часов нагрузки резко возрастал интерлейкин-6. Следом повышался гепсидин — главный гормон, регулирующий обмен железа.
Гепсидин блокирует белок ферропортин — своеобразный «выход» для железа из клеток кишечника и клеток, где оно хранится. В результате уменьшается как всасывание железа из кишечника, так и его поступление в кровь из внутренних запасов.
Результат получился парадоксальным. После гонки ферритин повышался, а уровень сывороточного железа и насыщение трансферрина снижались. То есть железо в организме могло присутствовать, но становилось менее доступным для образования гемоглобина и работы тканей. Такое состояние называют функциональным дефицитом железа: железо имеется в запасах, но организм временно ограничивает возможность им воспользоваться.
Одновременно у спортсменов обнаруживались признаки повреждения эритроцитов и повышался уровень эритропоэтина — гормона, стимулирующего костный мозг производить новые эритроциты. Получается довольно красивая физиологическая петля:
Но одновременно:
То есть организм хочет создавать новые эритроциты именно в тот момент, когда воспалительная реакция временно затрудняет использование железа.
Известно, что после обычной интенсивной тренировки гепсидин чаще всего достигает максимума примерно через 3–6 часов. Этот механизм рассматривается как один из факторов, объясняющих высокую распространённость дефицита железа среди спортсменов на выносливость.
Добавьте сюда потери железа с потом, возможные микрокровотечения из желудочно-кишечного тракта, небольшие потери железа с мочой, недостаточное поступление с пищей, низкую энергетическую доступность, а у женщин ещё и менструальные кровопотери — и становится понятно, почему история с «полезным разрушением эритроцитов» не так однозначна.
Есть ещё одна ловушка — ферритин после ультрамарафона. Ферритин является не только показателем запасов железа, но и белком острой фазы воспаления. Поэтому после тяжёлой гонки его уровень может оказаться нормальным или даже повышенным одновременно со снижением доступности железа.
Получить высокий ферритин на следующий день после ультры и сделать вывод «с железом все отлично» — плохая идея.
Какие анализы сдавать
Для плановой оценки обмена железа у спортсмена разумнее сдавать кровь в стандартных условиях: утром, при нормальном питьевом режиме, без тяжёлой тренировки накануне и желательно вне периода выраженного мышечного повреждения.
Минимальный набор обычно включает: общий анализ крови, ферритин и насыщение трансферрина. Полезно одновременно определить С-реактивный белок, чтобы понимать, не повышен ли ферритин из-за воспалительной реакции.
Если же задача состоит именно в диагностике возможного разрушения эритроцитов после нагрузки, дополнительно могут использоваться ретикулоциты, гаптоглобин, непрямой билирубин, лактатдегидрогеназа и в отдельных ситуациях свободный гемоглобин плазмы.
Спортивная псевдоанемия
И ещё один момент, который часто забывают. Низкий гемоглобин или гематокрит у хорошо тренированного спортсмена не обязательно означает разрушение эритроцитов или дефицит железа. При регулярных тренировках на выносливость увеличивается объем плазмы крови. Поэтому концентрация гемоглобина может немного снижаться просто потому, что кровь становится более «разбавленной».
Так возникает так называемая спортивная псевдоанемия: концентрация гемоглобина выглядит сниженной, хотя общая масса гемоглобина и количество циркулирующих эритроцитов могут оставаться нормальными или даже увеличиваться. Поэтому один показатель общего анализа крови без учёта тренировочного контекста у бегуна иногда создаёт больше вопросов, чем ответов.
Что в итоге?
Мы постепенно уходим от примитивной модели, согласно которой бег просто «разбивает эритроциты ударами стоп». Эритроцит во время длительного бега оказывается полноценным участником системной реакции на нагрузку.
Он испытывает механический, воспалительный и окислительный стресс, пытается восстанавливать собственную мембрану, меняет ее состав, может становиться менее гибким и, если повреждение становится слишком выраженным, быстрее удаляется из кровообращения.
Умеренное ускорение этого обновления действительно может приводить к появлению более молодой популяции клеток. Это физиологически правдоподобная адаптация.
Но пока нет оснований утверждать, что чем больше ультрамарафонов мы пробежим и чем больше эритроцитов повредим, тем «моложе» и лучше станет наша кровь.
В физиологии спорта почти всегда существует оптимальный диапазон между тренировочным стимулом и ценой адаптации. В данном случае эта цена особенно понятна — железо, восстановление и способность костного мозга успевать за ускоренным обновлением эритроцитов.
Поэтому, пожалуй, правильный заголовок научной работы для бегуна звучал бы не так эффектно, как в Trail Runner:
«Ультрамарафон ускоряет старение и обновление эритроцитов. Полезна ли такая цена адаптации — мы ещё только начинаем понимать».
Основные источники
- Nemkov T, et al. Long-Distance Trail Running Induces Inflammatory-Associated Protein, Lipid, and Purine Oxidation in Red Blood Cells. Blood Red Cells & Iron. 2026;2(1):100055. DOI: 10.1016/j.brci.2026.100055.
- Robert M, et al. Impact of Trail Running Races on Blood Viscosity and Its Determinants: Effects of Distance. Int J Mol Sci. 2020;21(22):8531. DOI: 10.3390/ijms21228531.
- Gartner A, et al. Foot-strike Hemolysis: A Scoping Review of Long-Distance Runners. Kansas J Med. 2024;17:119–124.
- Lippi G, Sanchis-Gomar F. Epidemiological, biological and clinical update on exercise-induced hemolysis. Ann Transl Med. 2019;7:270.
- Weight LM, Byrne MJ, Jacobs P. Haemolytic effects of exercise. Clin Sci. 1991;81:147–152.
- Tobiasch AK, et al. Long-distance trail running induces functional iron deficiency driven by inflammation. Blood Adv. 2026;10:5836–5846.
- Peeling P, McKay AK. Iron regulation and absorption in athletes: contemporary thinking and recommendations. Curr Opin Clin Nutr Metab Care. 2023;26:551–556.
